Юрист Алексей Димитров считает, что тезисы решения Конституционного суда по русским школам могут стать универсальной отговоркой при несоблюдении прав национальных меньшинств в Латвии

 

РИГА, 26 апреля 2019 — Sputnik. 

Юрист Алексей Димитров поделился неутешительными выводами своего анализа решения Конституционного суда о том, что полный перевод школьного обучения на латышский язык является законным. Свой подробный комментарий юрист разместил в Facebook.

Конституционный суд отклонил иск «Согласия» против школьной реформы 23 апреля. Димитров был одним из соавторов заявления «Согласия» и консультировал Бориса Цилевича и Елизавету Кривцову перед заседаниями суда.

Решение Конституционного суда относится только к государственным и муниципальным учебным заведениям, а вопрос частных школ суд рассмотрит в рамках отдельного дела. Димитрову интересно, будет ли решение в отношении частного среднего образования отличаться. Сейчас в стадии рассмотрения в Конституционном суде еще три заявления против реформы, и Димитров участвовал в подготовке двух из них, поданных отцом учеников частной школы Latreia Тенгизом Джибути.

 

Разбирая постановление суда, Димитров отмечает целый ряд противоречивых моментов.

К примеру, юрист называет революционной ссылку судей на то, что из второго предложения 91-й статьи Конституции (Права человека осуществляются без какой-либо дискриминации) не проистекает права представителей нацменьшинств требовать обеспечения особого отношения по крайней мере в публичном пространстве. Димитров уверен, что такая позиция противоречит запрету косвенной дискриминации.

Запрет на косвенную дискриминацию, в частности, выражен в Директиве Совета Европейского союза 2000/43/ЕС, имплементирующей принцип равного обращения с людьми, независимо от их расового и этнического происхождения. Согласно этому документу, такая дискриминация наступает, когда на первый взгляд нейтральное правило, критерий или практика ставят представителя какой-то расы или этнической группы в особенно неблагоприятную ситуацию по сравнению с другими лицами.

Оправдать такое неравноправное отношение можно только правовой целью, и только если оно пропорционально и необходимо для достижения этой цели.

«Неужели новая преамбула к Конституции легитимизирует любые мероприятия, связанные с укреплением роли государственного языка, даже если эти мероприятия негативно влияют на национальные меньшинства?» — спрашивает Димитров.

Во-вторых, он полагает, что такой подход может в принципе запретить осуществлять права нацменьшинств в публичном пространстве.

«Если нет конституционных оснований требовать обеспечения особого отношения, исполнение Конвенции о нацменьшинствах в отношении названий обжитых мест и коммуникации на языках нацменьшинств с госучреждениями может стать антиконституционной», — написал юрист.

Димитров отмечает, что, по сути, после решения Конституционного суда Рамочная конвенция Совета Европы о защите национальных меньшинств в латвийской правовой системе больше не имеет значения, потому что соблюдаются только те права, которые гарантированы и другими правовыми инструментами.

Возникают вопросы и по поводу пункта 23.2 решения: «Осуществление прав нацменьшинств не может быть направлено на сегрегацию общества и не может угрожать его единству».

«Уже одно то, что образование на языках национальных меньшинств по желанию национальных меньшинств означает сегрегацию, было бы новостью для авторов Конвенции ООН о ликвидации всех форм расовой дискриминации», — пишет Димитров.

Он отмечает, что любая эмансипация нацменьшинств угрожает единству общества, потому что отношение к этому проценту обязательно будет различаться. Так что, по его мнению, этот тезис также может стать универсальной отговоркой при несоблюдении прав меньшинств, если единство общества прежде всего.

 

Оценивая решение в целом, Алексей Димитров отмечает, что языковое разнообразие в Латвии признается в частном пространстве (правда, нужно еще дождаться решения по частным школам), но не в публичном пространстве, потому что публичный дискурс ведется на государственном языке.

«Во-видимому, именно новая преамбула к Конституции, которую Конституционный суд цитирует много раз, стала основанием отказаться не только от конституционных традиций после восстановления независимости, но и от восприятия основ государства до переворота Карлиса Улманиса.

Время покажет, справится ли законодатель демократического государства с лингвистической унификацией лучше, чем авторитарный правитель», — пишет Димитров.

Он признает, что его сожаление по этому поводу обусловлено и тем, что он сам окончил школу нацменьшинств и по своему опыту знает, что этот факт не мешает участвовать в публичном дискурсе, учиться в вузе на латышском языке или работать в госуправлении даже без билингвального элемента. Причем Конституционный суд вообще не учел такие аргументы.

 

«Но я не понимаю, как можно было полностью оставить за бортом мнение Венецианской комиссии (консультативный орган при Совете Европы. — ред.) об очень похожих реформах в образовательной системе Украины. В конце концов, понимание демократии и соответствия праву должно быть одинаковым на всем пространстве Совета Европы», — пишет Димитров.

Защитники русских школ собираются обжаловать реформу в Европейском суде по правам человека, но тут Димитров больших перспектив не видит, поскольку Европейская конвенция о правах человека не защищает права нацменьшинств, и практика суда в отношении запрета языковой дискриминации в образовании довольно консервативна.

По мнению юриста, можно было бы обратиться и в Еврокомиссию с жалобой о нарушении запрета косвенной дискриминации: хотя образование не входит в компетенцию Евросоюза, запрет на косвенную дискриминацию обязателен для членов ЕС и в этой сфере. Правда, Еврокомиссия не обязана предпринимать какие-то действия, даже если считает, что нарушение имело место.

В целом, по заключению Димитрова, если государство хочет сократить объем прав нацменьшинств, у жителей, которые с этим не согласны, мало инструментов противостоять властной машине.

«Конечно, эмиграция может быть одним из решений. Можно обратиться за помощью к государству своего происхождения в надежде, что с помощью двустороннего международного договора удастся решить проблему (хотя после решения Конституционного суда есть сомнения, что такой договор был бы конституционным).

Возможно, в долгосрочной перспективе решением могла бы стать федерализация Европейского союза с передачей вопросов национальных меньшинств в компетенцию ЕС. Если государства-члены не хотят гарантировать права своих граждан, должен действовать Евросоюз», — заключил Димитров.

Ранее юрист Елизавета Кривцова отметила, что в тексте решения суда права нацменьшинств на сохранение своего языка и культуры воспринимаются как проблема, а преамбула к Конституции, которая зафиксировала примат латышского языка и культуры, стала уверенно превалировать над универсальными международными стандартами прав человека.

Евродепутат Мирослав Митрофанов уверен, что только массовые акции протеста могут изменить ситуацию с ликвидацией русскоязычного школьного образования. Следующую такую акцию Русский союз Латвии проведетпервого мая.

«Они нарвутся на русский ответ»: Линдерман о вероятности полной дерусификации Латвии>>

Левитс оценил реформу: школа «повернет мозги» русских детей в сторону Латвии
Жириновский: даже людоеды в Африке не вели себя, как Латвия – с русскими
Все, как в Латвии, и даже хуже: Рада приняла закон об исключительности украинского
Конституционный суд Латвии может дать шанс частным русским школам
 

https://m.lv.sputniknews.ru/Latvia/20190426/11424979/Emigratsiya-ili-pomosch-Rossii-yurist-perechislil-varianty-dlya-russkikh-Latvii.html?mobile_return=no&fbclid=IwAR1pj-kSleOQaS8ARrdIu7miOhRJZWr8xQi5Tcn43oMoJChU6fHowQuQDes