РИГА, 27 марта 2020 года — Sputnik. 

Президент Латвии высказал мнение, что в условиях чрезвычайной ситуации в стране можно было бы восстановить 81-ю статью Конституции, дающую правительству возможность издавать правила, которые имеют силу закона. Это может свидетельствовать о желании Левитса сосредоточить в своих руках большую власть, пойдя по пути Карлиса Улманиса.

Шаг вперед и сразу назад

Статья 81 гласила, что «в период между сессиями Сейма кабинет министров имеет право, если того требует неотложная необходимость, издавать постановления, имеющие силу закона». Правда, указывалось, что они не могут изменять законы о выборах в Сейм, о судоустройстве и судопроизводстве, бюджете и бюджетном праве и законы, принятые во время деятельности существующего Сейма. Чрезвычайные полномочия не распространялись на амнистию, государственные налоги, таможенные сборы и займы, и теряли силу, если не были внесены в Сейм в течение трех дней после открытия ближайшей сессии Сейма.

Однако в мае 2007 года тогдашний 9-й Сейм решил исключить эту статью из Конституции. За это решение проголосовали 87 депутатов, представлявших все парламентские фракции, не проголосовал против и не воздержался ни один человек.

Сопредседатель партии «Русский союз Латвии» экс-депутат Европарламента Мирослав Митрофанов как раз в то время был депутатом Сейма и хорошо помнит те события. По его словам, причины единодушного голосования были связаны с тем, что против этой статьи долгие годы накапливалось недовольство среди политиков и экспертного сообщества, потому что некоторые правящие партии часто пользовались ей, принимая решения в пользу олигархов.

«Правящие радели за интересы предприятий, которые были связаны со спонсорами партий. Также в рамках этой статьи в начале 2007 года кабмин принял, а Сейм утвердил поправки к закону о нацбезопасности, вызвавшие большую критику со стороны президента Вайры Вике-Фрейберги. Она приостановила их вступление в силу, а оппозиция начала агитировать о проведении референдума. Все это вынудило правящих сдать назад, поправки отклонили, хотя сам сбор подписей и последовавший за ним референдум был, так как отменить его было нельзя.

И вот чтобы не допустить снова такого самоуправства, решено было и с подобной практикой разделаться, лишив правительство таких инструментов», – рассказал Митрофанов.

По мнению Митрофанова, предложение Левитса о возвращении убранной статьи явно входит в противоречие с заявленным им курсом борьбы на искоренение зависимости партий от крупных спонсоров.

«Именно с подачи Левитса было принят закон, по которому резко увеличили финансирование партий из госбюджета, что теоретически должно снизить спонсорское влияние на партии и уменьшить уровень коррупции. И получается, что, с одной стороны, он желает, чтобы партии не брали деньги у олигархов, но также он хочет, чтобы у тех же самых политических сил была явная возможность недобросовестно использовать законодательные механизмы в интересах своих людей», – подчеркнул экс-депутат.

Усилить свои полномочия

Оценивая юридическую необходимость возобновления исключенной статьи, секретарь Латвийского комитета по правам человека, юрист Александр Кузьмин указал, что для этого нет никаких оснований.

«У кабмина уже есть огромные полномочия, согласно закону о чрезвычайной ситуации. В статье четвертой этого закона уже сказано, что у кабинета министров есть право в определенном законом порядке и объеме ограничивать как права и свободы физических и юридических лиц, так и деятельность государственных и муниципальных органов», – заявил он.

Кузьмин указывает, что, судя по всему, Левитс просто желает усилить свою роль в стране, воспользовавшись сложившимся положением.

«Понятно, что в нынешней чрезвычайной ситуации, вызванной угрозой эпидемии коронавируса, президент пытается укрепить свои позиции.

Думаю, что он старается в рамках своих полномочий играть роль более «сильного» президента, какой была Вайра Вике-Фрейберга, а не более «слабого», каким оказался Раймондс Вейонис», – отметил юрист.

Правда, по его словам, подобные действия Левитса могут преследовать и долгосрочные цели – усилить юридические полномочия правительства и ослабить Сейм.

«У кабмина уже сейчас имеется вся полнота власти, но при наличии 81-й статьи, она усилится на время после чрезвычайной ситуации, за счет уменьшения власти парламента. (…) Также, думаю, в нынешнее неспокойное время, когда растет спрос на «сильную руку», Левитс хочет усилить и свои юридические полномочия, что явно приведет к переходу от парламентской к смешанной республике с более «сильным» президентом. Как, например, в Литве, где его избирает народ, а не Сейм», – предположил Кузьмин.

«Ручное управление» государством

Однако эксперт считает, что в таком случае для национальных меньшинств Латвии никакого положительного эффекта не будет, а, скорее, наоборот, это лишь еще сильнее уменьшит их права.

«Нацменьшинства Латвии могут реально влиять на ситуацию на муниципальном уровне, там, где они составляют значительную долю населения. Например, в Риге или в Даугавпилсе, где русскоязычные избиратели – это заметная сила на выборах. А усиление центральной власти для них никакой выгоды не несет. Наоборот, их права могут еще больше ограничить, и им куда выгоднее децентрализация», – подчеркнул правозащитник.

Похожих взглядов придерживается и Митрофанов, который проводит исторические параллели с периодом правления Карлиса Улманиса.

«В тридцатые годы Улманис очень хотел привести латвийскую демократию к «ручному управлению», что ему в итоге и удалось. Его раздражала парламентская активность, а хотелось, чтобы законы быстрее принимались, поэтому он и организовал переворот, разогнав парламент. (…)

Конечно, я не думаю, что Левитс хочет повторить этот пусть полностью, но думаю, что к лаврам «ручного управления» Улманиса он подсознательно стремится», – отметил политик.

Продолжая исторические сравнения, Митрофанов заметил, что для русских Латвии все это ничем хорошим тогда не закончилось и уж точно не закончится сейчас.

«Да, поначалу все будет делаться под предлогом борьбы с пандемией, защиты экономики и так далее. Но если после того, как все наладится, Латвия не вернется к нормальному управлению, то у правящей элиты будет большой соблазн использовать имеющиеся полномочия в борьбе с партиями, представляющими интересы русского меньшинства», – указал политик.

По его словам, в тридцатые годы от репрессий Улманиса пострадал активный русский депутат Мелетий Каллистратов, и нынешние правящие, при наличии возможностей, вполне могут использовать такие способы борьбы.

«К сожалению, история имеет свойство повторяться, и повторение тридцатых годов в каком-то новом виде возможно. Поэтому очень многое будет зависеть от того, каким будет Евросоюз. Если страны будут возвращаться к демократии, то Латвия на такие вещи не пойдет. Но если начнется противоположный тренд, то латышская элита им обязательно воспользуется», – подытожил Митрофанов.

Постоянно давят на темя: Караев рассказал о реакции русских на речи Левитса про госязык
«Это траурная дата»: латышский Twitter спорит о перевороте Карлиса Улманиса
«Ничего, что закон в Латвии уродливый»: Бабрис рассказал, почему Левитс — не Улманис
https://lv.sputniknews.ru/politics/20200327/13458226/Khochet-stat-vtorym-Karlisom-Ulmanisom-Zachem-Levits-predlagaet-izmenit-Konstitutsiyu.html?fbclid=IwAR3TMq5zzc5_7LXZVirFtMPn_249cqUiGi_IZu9eWlG7M1sjZqW_4GW43vA