20 последних непростых лет мне было легко, имея рядом такого надежного, напористого, эрудированного друга, как Юрий Петропавловский.

Впрочем, заочно мы столкнулись в непримиримой схватке еще в 1990 году в родном для нас обоих Пурчике, когда я был руководителем команды кандидата в депутаты ВС ЛССР Миши Гаврилова, а Юрий опекал Вилниса Балтиньша, кандидата от НФЛ, председателя олимпийского комитета де юре еще не существующей ЛР. Тогда я выиграл по очкам, о чем иногда напоминал Юрию, руководителю множества предвыборных компаний ЗаПЧЕЛ-РСЛ, чтобы он не слишком заносился. После чего мы оба долго смеялись.

Особенности латвийских избирательных кампаний с их плюсиками отдельным кандидатам таковы, что реальные качества и прошлые заслуги кандидата вовсе не гарантируют ему места в думе или в парламенте. Главное в нашем деле – это реклама. В самом начале века, когда Юрий в нашем тогдашнем многоглавом объединении ЗаПЧЕЛ принял сторону Равноправия, мы подружились. Он утверждал, что рекламировать меня легко – меньше врать приходится. Вот только список потенциального электората расширять надо – и дал мне рекламу в одном издании для бизнесменов, хотя бизнесменом я ни разу не был.

Так началась моя депутатская карьера в Рижской думе, где я стал руководителем правящей фракции, балансируя на тонком канате между тремя партиями внутри фракции и коалиционными партнерами. Юрий придавал этим телодвижениям надежную почву, решительно ставил на место партнеров – социал-демократов, вошел в правление созданного нами муниципального предприятия «Пилсетбувниекс» и нам удалось впервые в постсоветское время возобновить муниципальное жилищное строительство. Жаль, что после Ушакова все это (кроме самой конторы) придется восстанавливать заново.

Все помнят Юрия, как самого яркого (на фоне других вовсе не тусклых звезд) лидера Штаба защиты русских школ. Но не все понимают, что наши беспрерывные многотысячные несанкционированные демонстрации проходили без сучка и задоринки благодаря многослойным договоренностям Юрия с правящими в РД социал-демократами (они во всем отказывали, но ни во что не вмешивались) и с надзирающими за ходом акций полицейскими офицерами.

В наследство от Юрия ко мне перешел созданный благодаря его организационным усилиям официальный рупор школьной революции — сайт ШЗРШ. Переход собственности на СМИ из его рук в мои произошел прямо в суде – при рассмотрении одного из множества возбужденных против него административных дел. Сайт, ставший музеем нашей боевой славы, доступен до сих пор, и 120 евро в год – вполне посильная плата за эту историческую реликвию.

В 2006 году один телефонный разговор между нами накануне выборов сыграл возможно решающую роль в том, что наш список преодолел 5% барьер и уж точно сделал лично меня депутатом. Тогда ПБК успел уже несколько раз прокрутить угрожающий рекламный ролик о том, что в воскресенье вечером в прайм-тайм покажет фильм, где сказана вся «правда» о роли ЗаПЧЕЛ и ПНС в школьной революции. И этот фильм, в котором закадровый Нил интервьюировал известного международного авантюриста Казакова, таки вышел. Но в понедельник с утра читатели «Вестей» и «Часа» достали из почтовых ящиков мою рецензию на этот еще не просмотренный мною к моменту ее написания фильм. В общем – ответный залп двух эсминцев по линкору, который все же позволил нам остаться на плаву. А я в своем списке на десяток голосов обошел миллионера и владельца одного из эсминцев, заняв среди избранных почетное последнее место.

Новая фракция получила от Юрия роскошный подарок – его дочь Алину, воплотившую множество не худших качеств отца, в качестве пресс-секретаря. С тех пор наши потуги известить избирателей о том, что мы существуем и заботимся о них, обрели хоть какую-то целенаправленность. Строгий график, железная очередь и литературная обработка наших депутатских подвигов стали обычной повесткой дня.

Есть еще множество сюжетов, о которых можно и нельзя рассказывать, когда мы работали рука об руку. И так могу сказать не только я, а еще несколько десятков русских политиков, оставивших заметный след в борьбе за честь и достоинство русских латвийцев.

Скажи: Какой ты след оставишь?

След, Чтобы вытерли паркет

И посмотрели косо вслед, 

Или Незримый прочный след

В чужой душе на много лет?

(Л. Мартынов)