Обложка известной пропагандистской книги, которую огромными тиражами печатали на Западе и в ельцинской России.Обложка известной пропагандистской книги, которую огромными тиражами печатали на Западе и в ельцинской России.

Эта встреча в Риге стала потрясением для Виктора Суворова (настоящее имя — Владимир Резун), бывшего офицера Главного разведуправления СССР, бежавшего в Великобританию в 1978 году. Перебежчик, занявшийся писательством, никак не ожидал, что его «железные доводы» в книжке «Ледокол», направленной на уничижение подвига советских солдат во время Великой Отечественной войны, будут опровергнуты! Да не кем-нибудь, а его двоюродным братом – жителем Таллина, майором Советской армии в отставке Николаем Резуном…

Впервые за 22 года своего отступничества автор скандальных книг о Второй мировой войне («Ледокол», «День М», «Последняя республика», «Очищение») Виктор Суворов решился побывать в бывшем Союзе в 2001 году. Да и то инкогнито, да и то в Риге, считая, что его могут убить, якобы приговорив заочно в Москве к расстрелу. Поэтому Суворов-Резун прибыл в Ригу вместе с женой всего на три дня, пробыв здесь с 27 по 29 мая.

Особо не афишировавшаяся встреча Суворова с журналистами состоялась в издательском доме «Петит». Но сюда, по договоренности со мной, специально приехал и двоюродный брат писателя — Николай Резун, не видевший Владимира с 1967 года. Николай дал мне интервью (будет в продолжении) и помог своими вопросами на пресс-конференции доказать несостоятельность постулатов Суворова-Резуна…

Суворов-Резун кокетливо называет себя предателем

Однако мы можем быть и благодарны Суворову за его книги, в которых он убежденно отстаивает идею, что главным виновником и главным зачинщиком Второй Мировой войны был вовсе не Гитлер, что в агрессорах надо числить именно Советский Союз. Причем пишет Суворов очень убедительно, приводя множество цифр и фактов в пользу своей идеи. И это вновь пробуждает интерес у многих к истории самой кровопролитной войны прошлого века.

В предисловии к «Ледоколу» автор, кокетливо называя себя предателем, с десяток раз просит прощения у бывшего советского народа за то, что «замахнулся на самое святое, на единственную святыню, которая у народа осталась, — на память о Войне, о так называемой «великой отечественной войне». Суворов это понятие берет в кавычки и пишет с малой буквы. Ради «Ледокола» он, по его словам, пожертвовал всем, чтобы вышибить легенду о Великой Отечественной, как палач вышибает табуретку.

«Эту роль я принял на себя добровольно. И она доводит меня до самоубийства»,- пишет Суворов. Но, как я убедился при встрече, холеный перебежчик выглядел даже моложавее своего двоюродного брата Николая, который на самом деле младше Владимира на 3 года.

Двоюродные братья Резуны - Николай и Виктор-Владимир. Фото: Дмитрия Дубинского

Двоюродные братья Резуны — Николай и Виктор-Владимир. Фото: Дмитрия Дубинского

Поэтому оставим весь пафос на совести автора с его извинениями «на коленях перед Россией, перед отцом-фронтовиком». Пусть сам читатель, а война прокатилась своим катком практически через каждую советскую семью, оценит постулаты «британьского шпиона», как, на украинский манер, сам себя любит величать насквозь фальшивый «Суворов», прячущийся за фамилией великого русского полководца.

О цели приезда в Ригу, о НАТО и «неком Жукове»

— Звать меня можно Виктор — это уже присохло-прилипло, как к Максиму Горькому его псевдоним,- начал Суворов.- Главная цель моего визита в Ригу сугубо личная — жена моя Татьяна, с которой мы вместе уже 30 лет, родилась в Латвии, в Тукумсе. И надо было сходить на аэродром тукумсский, где служил ее отец.

Я наполовину русский, наполовину украинец. Украина тоже в НАТО идет, а России это не нравится. Меня волнует другой вопрос: почему через столько лет после того, как Германия напала на Польшу, последняя идет на союз с Германией. Мы — освободители, а Польша от нас бросается в сторону…

Красная Армия освободила Латвию, а Латвия вдруг желает вступить в союз с Германией. Мне непонятно, почему от России все шарахаются в НАТО. Если мы такие хорошие, то все должны искать союз с нами, с Россией. Но вот я недавно побывал в Чехии, и там то же стремление — скорее в НАТО. Я говорю: братья-славяне, да вы что! Поэтому когда я вижу такое поголовное бегство в НАТО от России, я считаю, что мы, русские, должны задать вопрос: почему это от нас все бегут? Не в НАТО, а от нас. И я думаю, что проблема не в НАТО, а проблема в нас самих.

— Вы не оговорились, когда сказали: «у нас в России?»

— Нет, не оговорился, потому что я человек русский. Если сравнить мои книги и книги, допустим, некого Жукова Георгия Константиновича, так вот мои книги все-таки в пользу России. А у Жукова написано примерно такое: у немцев было 3410 танков (танки — это конек Суворова-Резуна, он участвовал в операции по вводу советских танков в Чехословакию в 1968-м, после чего был назначен командиром танкового взвода — К.М.). Сколько у нас — Жуков не помнит. Начальник генштаба не знает, сколько у нас было танков! Он говорит: они были плохие. Потом пишет: нам не хватало в 1941 году 32 тысячи танков. Нам не хватало… Я говорю: стойте-обождите, обороняющейся стороне нужна 1 тысяча, чтобы уравновесить 3 тысячи. А у нас было 24 тысячи. В Германии ни одного новейшего не было, а у нас было 2 тысячи новейших — Т-34 и КВ. А ему еще 16600 новейших не хватает (все это выдавалось перебежчиком-пропагандистом вначале с большим пафосом в стиле сатирика Михаила Задорнова, пока он не поник под рядом приведенных фактов — К.М.)! Весь мир это читает, и мне постоянно тычут в Англии этим в глаза: могли ли вы воевать, не имея 50-кратного превосходства?

Поэтому главная мысль всех моих работ: мы — не дураки. Мне говорят: ты льешь грязь на Россию. А я отвечаю: нет, ребята! Имея 20 тысяч самолетов, мы бежали от 2 тысяч. Имея 24 тысячи танков, мы бежали от 3 тысяч. У нас были танки с противоснарядным бронированием — у немцев они появились в 1943 году. У нас был дизельный двигатель — в Германии, на родине Рудольфа Дизеля, не был создан танковый дизель до конца войны. И вот мы почему-то бежали. Так вот мы или должны признать себя идиотами, или должны признать, что у нас был преступный режим, но мы — не дураки! Так вот я и пишу о преступном режиме, а наша пропаганда, начиная с Жукова, втаптывает нашу национальную честь в грязь. Поэтому, когда я говорю «у нас в России», я не оговариваюсь. Я горжусь, что я русский человек. И буду делать все, чтобы бороться с коммунистической пропагандой, которая льет грязь на мой народ.

Манштейн и трибунал «продались»…

— А как же с утверждениями фельдмаршала Манштейна, который говорил, что 26-ти дивизиям группировки «Север» противостояли только 7 советских дивизий? Такое же примерно положение было и на границах Украины и Белоруссии, где советская оборона была глубоко эшелонирована, т.е. на передовых позициях трехкратное превосходство было на немецкой стороне?

— В книге «Самоубийство» у меня есть такая глава: «Кого бы нам повесить?» . И я рассказываю о том, что после войны случилась весьма удивительная вещь. Риббентроп (Иоахим фон Риббентроп, министр иностранных дел Германии в 1938-45гг. — К.М.) перед нами, перед Советским Союзом в принципе был ни в чем не виноват. Но Сталин приказал его повесить!

Повесили Кейтеля (Вильгельм Кейтель, генерал-фельдмаршал, 1938-1945гг. — начштаба верховного главнокомандования Вермахта, виновник массового уничтожения военнопленных и мирного населения на оккупированной территории — К.М.) и Йодля (Альфред Йодль, генерал-полковник, 1939-1945гг. — начштаба оперативного руководства Вермахта, главный военный советник Гитлера, виновник массового уничтожения мирного населения на оккупированной территории — К.М.), которые на советской территории не воевали (лишь формально! — К.М.) и планов войны против СССР не составляли. Составлял планы войны Паулюс (Фридрих Паулюс, генерал-фельдмаршал, в 1942-1943 гг.- командовал 6-й армией, окруженной и капитулировавшей под Сталинградом. В 1944 г. в плену вступил в антифашистскую организацию немецких офицеров — К.М.). Вот он был свидетелем!

Гудериан (Хайнц Вильгельм Гудериан, генерал-полковник, до декабря 1941г. командовал танковым корпусом, 1944-1945гг. — начальник генштаба сухопутных войск — К.М.) воевал на советской территории. Но его не судили и не вешали. Правда интересно? Манштейн (Эрих фон Манштейн, генерал-фельдмаршал, командовал 11-й армией при захвате Крыма, 1942-1944гг. — командовал группой армий «Дон» и «Юг» , приговорен британским военным трибуналом к 18 годам тюрьмы, но в 1953 г. освобожден — К.М.) воевал на советской территории — в его подчинении находилась дивизия СС «Мертвая голова» . Так вот любые преступления этой дивизии можно было приписать Манштейну и его повесить. А Сталин говорит: нет, Манштейна не надо трогать. Правда, удивительный подход? (удивителен, скорее, подход Суворова-Резуна, по которому выходит, что весь мир, в том числе и Нюрнбергский трибунал подчинялся Сталину — К.М.)

Лидеры «Большой тройки» антигитлеровской коалиции на Потсдамской конференции 23 июля 1945: председатель СНК СССР и председатель ГКО СССР Иосиф Сталин, президент США Гарри Трумэн, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль. Конференция в Потсдаме проходила с 17 июля по 2 августа 1945 г. с целью определения дальнейших шагов по послевоенному устройству Европы. Общественное достояние
 

Лидеры «Большой тройки» антигитлеровской коалиции на Потсдамской конференции 23 июля 1945: председатель СНК СССР и председатель ГКО СССР Иосиф Сталин, президент США Гарри Трумэн, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль. Конференция в Потсдаме проходила с 17 июля по 2 августа 1945 г. с целью определения дальнейших шагов по послевоенному устройству Европы. Общественное достояние

— Тот, кто планировал войну против Советского Союза, кто воевал на советской территории, того не вешаем,- продолжал в запое Суворов-Резун. — Гудериан воевал в Киеве, 2-я танковая группа охватила Киев, и сразу же после этого Киевского котла последовал Бабий яр. Связать Гудериана с Бабьим яром было очень легко. И повесить. А мы его целуем, печатаем его книги. И я объяснил, почему. Потому что три человека: Кейтель, Йодль и Риббентроп говорили, что Советский Союз был готов к войне. Вот этих людей наши следователи активно пытались сбить с этой позиции. Говорили: скажи, что русские — дураки, скажи, что они не были готовы к войне, и будешь свидетелем.

— Вы Нюрнбергский трибунал имеете в виду?

— Да. Но с этой позиции их не сбили. И тогда их повесили, как предупреждение всем немецким генералам: вот что не надо говорить — за это мы вешаем. Если, Манштейн, ты скажешь правду, то уж на тебя мы такие папки документов положим!

— Но свои воспоминания он ведь писал в тюрьме?

— Да, я понимаю. Но сейчас никто не будет спорить, что СССР имел 4 тысячи плавающих танков — Т-37, Т-38, Т-40. Никто в мире ни одного плавающего танка не имел. Вся германская армия на Восточном фронте не дотягивала до 4 тысяч танков. То есть утверждения Манштейна я опровергаю сейчас.

 
Эрих фон Манштейн, генерал-фельмаршал. Родился в генеральской семье, участник Первой мировой. Во Второй мировой командовал дивизиями и армиями. Награжден Рыцарским крестом Железного креста с Дубовыми Листьями и Мечами. Фото: Общественное достояние
 

Эрих фон Манштейн, генерал-фельмаршал. Родился в генеральской семье, участник Первой мировой. Во Второй мировой командовал дивизиями и армиями. Награжден Рыцарским крестом Железного креста с Дубовыми Листьями и Мечами. Фото: Общественное достояние

— Но, господин Суворов, Манштейн написал свою книгу, когда уже ни Сталина, ни Берии не было в живых… И как расценить ваши слова о том, что Сталин давал указания, кого казнить, кого миловать? Вы подвергаете сомнению итоги Нюрнбергского процесса?

— Хоть Сталина и Берии не было, когда вышла книга Манштейна, но существовала советская система, которая держалась все той же линии: что мы к войне не были готовы. У нас армия обезглавлена, Сталин — трус и дурак, самолеты у нас — гробы, танки — устаревшие. Вот, мол, 73% танков требуют ремонта. Тут же мы говорим, что наши водители имели по 1,5-2 часа практики вождения танков. Я отвечаю: да не могло быть такого, и овцы съедены, и волки голодные. Одно из двух давайте выбирать: или танки изношены — значит, у водителей огромный стаж (яркий пример демагогии, ведь в СССР в армию призывались не пожизненно — К.М.). Или же у водителей нет практики вождения, значит, танки новенькие должны стоять. Танк имеет 500 часов жизни, БТ-7 имел 700 часов до капремонта. Вот эти нестыковки постоянно наша пропаганда показывала и при Сталине, и при Хрущеве, и при всех остальных. И сейчас тоже: вот мы — дурачки.

— Да, но Манштейн-то сидел в английской тюрьме!

— Понимаю. Но в любой момент советские обвинители могли положить на стол дело дивизии СС и сказать: товарищ Манштейн, иди сюда, мы тебя повесим. Так что немецкие генералы, тот же Гудериан поняли намек: говори, что русские — дураки, что они не готовы к войне, тогда останешься в живых, иначе компромат на тебя мы найдем всегда. (Суворов-Резун не желает вспоминать, что в то время СССР уже находился с Западом в состоянии «холодной войны», что никакие советские обвинители не смогли бы вытащить Манштейна из британской тюрьмы — К.М.)

 
Это гитлеровцы пришли в СССР убивать, а не наоборот. Общественное достояние

Это гитлеровцы пришли в СССР убивать, а не наоборот. Общественное достояние

Куда делись танки?

— В продолжении о танках вы позволите вопрос?- вступает в разговор Николай Резун.- По моим подсчетам, за первый месяц войны в руки к немцам попало 9885 танков…

— Это не сожженных, а только попавших! — с готовностью уточняет Суворов.

— …Попавших. А в августе месяце на совещании в Борисове просят у Гитлера танки. А он им всего 300 моторов дал.

— Да-да, я помню этот эпизод.

— А можно узнать, куда же делись 9885 лучших в мире танков с боеприпасами, запчастями, горючим? Исчезли?

— То есть вы хотите сказать, что те танки были небоеспособными?

— Нет, я просто хочу спросить, куда они подевались? Ни у словаков, ни у итальянцев, ни у кого нет, и румынам не дали — румыны там на телегах передвигались…

— Тоже правильно. Но прежде всего танки надо освоить. Сейчас у меня есть данные о качественном составе германского танкового парка на Курской дуге. Так вот эсэсовская дивизия «Дас райх» воевала на Т-34. И достаточно много… Ну, с одной стороны (тут плавность речи и смысл высказываний Суворова-Резуна явно нарушились — К.М.) куда терялись эти танки? Прежде всего, самый важный момент — это вот какой. Наносят они удар по аэродромам, давят нашу авиацию. Получается ситуация, когда у нашего циклопа выбит глаз. (Опять пропагандист Суворов-Резун явно противоречит себе самому, что «мы бежали с 20 тысячами советских самолетов» — К.М.) И наши мехкорпуса действуют, не понимая, что делают. Наносят удар в пустоту. У меня вот есть данные по 4-му мехкорпусу Власова, по 8-му мехкорпусу Рябушева. Их гоняли туда-сюда…

— 400 верст?

— Произошел дикий износ вот этого всего. Ну, вы знаете эту статистику.

— Рябушев был в совершенно другом районе — Луцк-Броде, а 1800 танков было на советско-румынской границе, и их никуда не гоняли. Тепленькие достались немцам. И 2,5 тысячи танков в районе Львова на Белостокском выступе. Их тоже никуда не гоняли.

— Ну да, да.

— Так вот куда же эти танки подевались? Т-34 на Курской дуге воевали, а эти куда делись?

— Прежде всего, мы должны отметить, что такой факт был, что они захватили. Почему они не воспользовались, ну это у них надо спрашивать, — сдался, наконец, «всезнающий» Суворов. — Ну, как я могу за немцев отвечать?

Советские танки в первые месяцы войны горели, как свечки... Общественное достояние
Советские танки в первые месяцы войны горели, как свечки… Общественное достояние

— Но они же французскими, чешскими танками пользовались, — напоминаю автору «Ледокола».

— Речь, очевидно, идет о явных приписках со стороны командования Вермахта? — предложил свою версию местный коллега-журналист.

— Нет-нет, вы согласны, что нет? — хватает разума отвергнуть спасительную соломинку Суворову-Резуну. — Это — не приписки. Они захватили. Почему не использовали?

— Значит, видимо, кто-то прав, утверждая, что дерьмо это было, а не танки? — риторическое замечание Николая Резуна повисает в воздухе…

О себе любимом

— У нас в Бристоле самое красивое здание — огромный русский элеватор, построенный русскими купцами в 1863 году, — не мог не рассказать о себе любмом Суворов-Резун. — Сейчас внизу в нем находится бельгийская пивная. Там 115 сортов бельгийского пива, которое я очень люблю. Из британских напитков предпочитаю височки. Болею ли я за какие-то английские команды? Нет. Но сын у меня фанат. Дети у нас — англичане. А мы с женой русские, тут уже ничего не сделаешь. И когда мне говорят про Россию, я отвечаю, что я остался русским человеком, мы едим борщ, украинский борщ. А мое самое любимое блюдо — вареники со сметаной в неограниченных количествах. Так что после 22 лет жизни в Британии в моем произношение чувствуется наше «украиньско» такое. Поэтому британцем я не стал.

Будущий предатель Родины лейтенант Владимир Резун, выпускник суворовского училища, двух военных училищ и военно-дипломатической академии.
 

Будущий предатель Родины лейтенант Владимир Резун, выпускник суворовского училища, двух военных училищ и военно-дипломатической академии.

Но я благодарен правительству Британии за то, что они меня приютили. По профессии я преподаватель в военной академии. Я бы мог этого не делать, потому что у меня однажды вышла книга, которая на русском языке никогда не публиковалась: «Inside the Soviet Army» («Советская армия изнутри»). Она была признана книгой месяца в Америке. После этого я могу не работать нигде. Этих «ледоколов» никаких не писать. Вполне бы хватило и на пиво, и на посещение футбола до конца жизни. Но я работаю преподавателем оттого, что хочу иметь контакты с армией — я люблю армию, люблю танки, военную тактику. Ну, а книги — это хобби. Хотя и за книги перепадают некоторые копеечки. (Суворов-Резун к этому времени совсем скис, «запамятовав», что часто называет именно «Ледокол» книгой всей своей жизни, ради написания которой, собственно, и сбежал на Запад — К.М.)

— Кто-то из римских историков сказал, что в историю входишь, как в Средиземное море. Шаг-два-три, а потом — бездна, — продолжил Суворов-Резун. — И когда вникаешь вот в эти танки, брошенные там и тут, начинаешь задумываться…

— Откровенно говоря, у меня нет ответа на ваш вопрос,- вновь обратился к загнавшей его в тупик теме пропагандист Суворов-Резун, оборачиваясь к своему двоюродному брату, которого на тот момент пока еще не узнал, хотя они даже внешне удивительно похожи. — Я этим вопросом займусь, вы меня озадачили…

(продолжение разоблачения постулатов предателя Родины следует…)

Карен Маркарян