Деревня Аудрини была полностью уничтожена вместе со всеми жителями местными карателями 2-4 января 1942 года, что ставит эту трагедию в один ряд с трагедией Хатыни.

РИГА, 7 января 2020  — Sputnik,Андрей Татарчук. 

Упоминаний этой стертой с карт в начале 1942 года латгальской деревушки не встретишь в современной латышской прессе – эта трагедия не вписывается в пропагандистское русло. 205 мирных жителей Аудрини были убиты карательным отрядом резекненской полиции 2-3 января, еще 30 деревенских мужчин расстреляны на базаре в Резекне 4 января.

Трагедию Аудрини ежегодно в начале января вспоминает Социалистическая партия Латвии – так было и в минувшую субботу. Из Риги, Лудзы, Резекне и других городов в Латгалию на места памяти выехали несколько автобусов с людьми, которые остаются неравнодушными к своей истории. Трагедия латгальской деревни недалеко от Резекне – напоминание, до какой нечеловеческой степени жестокости могут дойти бывшие добрые соседи. Немцы, латыши, латгальцы, поляки и русские коллаборационисты в начале января 1942 года убивали своих соседей с необычайными служебными рвением и исполнительностью.

Представители Социалистической партии Латвии на памятных мероприятиях в Аудрини
© SPUTNIK / АНДРЕЙ ТАТАРЧУК
Представители Социалистической партии Латвии на памятных мероприятиях в Аудрини
 

Социалистическая партия Латвии вместе с самоуправлениями Резекненского края и города Резекне, ассоциацией борцов антигитлеровской коалиции LAKCA и Балтийским географическим обществом организовали ежегодное поминальное мероприятие. Как рассказал Sputnik Латвия председатель Социалистической партии Владимир Фролов, трагедия Аудрини служит напоминанием и предостережением.

«Мы поминаем не жертв военных действий – солдат, а жертв военного преступления, жертв акции устрашения, совершенной по инициативе и руками местных прислужников гитлеровцев», — заявил Фролов. Коллаборационизм – очень постыдное пятно на совести и истории латвийского народа, неважно, русские это, латгальцы или латыши. В подразделении начальника второго полицейского участка Резекненского уезда Болеслава Майковскиса полицейские не делились по национальностям, на первом месте стояла лояльность новым властям».

Дележ имущества евреев

В сборнике статей латвийских историков под редакцией Антона Зунды доктор наук Ирене Шнейдере в статье «Сотрудничество женщин с нацистскими репрессивными органами в Латвии с 1941 по 1944 годы» сводит причины уничтожения деревни к бытовому социальному конфликту между жительницами соседних сел Заречье и Аудрини волости Макашани Резекненского уезда. Анисья Глушнева из Аудрини укрывала у себя сына Родиона, бывшего милиционера НКВД Латвии. Он прятался у матери в деревне вместе с еще четверыми парнями. Марина Морозова и ее мать Акулина Рогова из соседней деревни Заречье про беглых прознали. Как пишет доктор исторических наук Шнейдере, Рогова находилась в состоянии вражды с Глушневой после ссоры из-за дележа имущества расстрелянных ранее евреев Резекне.

По материалам музея Холокоста в Латвии, до прихода гитлеровцев в Резекне проживало 3 219 евреев. Геноцид пережили лишь трое: спрятанные 57-летний Хаим Израэлит и 16-летний Яков Израэлит, которых скрывала семья Матусевичей, а также 5-летний Мотя Тагер, которого усыновила его русская няня, дав ему новые имя и фамилию. Имущество (одежду, чемоданы, утварь, велосипеды) евреев, расстрелянных на берегу реки Резекне, на улице Краста, в Выпинге, в поселке Кауната Резекненского края и в Анчупанском лесу, поделили между собой местные жители.

Ликвидированы все без исключений

«Марина Морозова, жительница села Заречье, по натуре своей была мстительной и неблагодарной женщиной, которой все боялись, — пишет Шнейдере. – Жители деревни также не уважали ее, потому что она бросила своего мужа. С Глушневой они были подругами, однако это не исключало споров, скандалов и оскорблений. Летом 1941 года Морозова вместе с Глушневой участвовала в разграблении собственности расстрелянных евреев, они поссорились, и Морозова пригрозила сообщить в полицию о скрывавшемся сыне Родионе Глушневе. Угрозы часто повторялись осенью 1941 года, часто после общего потребления алкоголя, а в декабре Морозова и ее мать Акулинина Рогова рассказали полиции о том, что Глушнева прячет еврейские вещи».

18 декабря из Резекне в село Аудрини прибыли только два сотрудника полиции — Альфонс Лудборжс и некто Ульянов (имя неизвестно), единственный, кто был вооружен. Когда полицейские подошли к дому Глушневой, бывшие красноармейцы открыли огонь. После первого выстрела в ответ оружие Ульянова перестало работать, полицейские бросились бежать, но примерно в 50 метрах от дома Альфонс Лудборжс был убит, а Ульянову удалось сбежать. 21 декабря 1941 года из Резекне прибыла большая группа полицейских, но трое были убиты при перестрелке с беглецами: Антон Мугин (1907), Виктор Глейзд (1906) и Андрей Пурмаль (1913).

После этого начальник полиции Резекненского уезда Альберт Эйхелис отдал приказ об уничтожении всех жителей деревни Аудрини в качестве возмездия. Исполнение приказа было возложено на начальника 2-го участка полиции Болеслава Майковскиса. Как пишет исследователь Холокоста и преступлений нацистов и коллаборационистов в Латвии Арон Шнеер, «еще в первые дни оккупации в начале июля 1941 года, согласно показаниям бывшего шуцмана Яниса Калниньша, Майковскис сообщил, что евреев, как представителей «вредной и малоценной национальности», надо ликвидировать. Я стал возражать, что нет никакого основания уничтожать целую группу жителей, для этого необходим судебный приговор и решение. Майковскис заявил, что этим приговором и решением является распоряжение немецкой оккупационной власти. Видя мое замешательство, Майковскис заметил, что он убежден, что уничтожение евреев не создаст никаких трудностей, не надо только по гуманным соображениям препятствовать действиям активных айзсаргов в вопросе».

Всех жителей Аудрини арестовали полицейские Майковскиса. Второго января разграбленную деревню сожгли. В одном из горящих домов скрывался Лаврен Глушнов, которого полиция не обнаружила во время ареста остальных жителей, он был задушен. Третьего января 1942 года в Анчупанских холмах расстреляли 205 жителей Аудрини, а на следующий день на Резекненской рыночной площади 30 жителей были публично расстреляны группами по 10 человек. Почти половина фамилий на мемориальной плите на местном рынке напротив церкви – Глушневы. Расстреливали 20 полицейских 4-го участка полиции из Малты во главе с Харалдом Пунтулисом. Один из стрелявших Константин Ключниекс (в 1965 г. проживал в Австралии или Англии) стрелял в 13-летнего мальчика Глушнева, который перед расстрелом перекрестился. Станислав Круза, проживавший в ФРГ, рассказал, что один из обреченных плюнул ему в лицо.

Недоумение и сожаление

Почему снова и снова всплывают эти документальные, отвратительные в своей банальности, жестокие подробности трагедии, рассказал мэр Розекне Александр Барташевич. Он подчеркнул: это память — для того, чтобы подобное никогда не повторилось. Распоряжение оккупационной власти убить мирных жителей не должно и не может оправдывать нацистов и коллаборационистов, чьими руками и чьими приказами в Латвии совершались чудовищные преступления. Один из главных обвиняемых Болеслав Майковскис был награжден в апреле 1943 года рейхскомиссаром Остланд Фридрихом Еккельном Крестом военных заслуг 2-й степени с мечами. После окончания войны палач проживал в Нью-Йорке как бывший «мирный бухгалтер». Он сделал карьеру вице-президента Латышской американской ассоциации (Amerikas Latviešu Apvienība), члена Ассамблеи порабощенных народов Европы. 19 апреля 1996 года палач умер в своей постели в Мюнстере.

Выступая на поминальном мероприятии, руководитель Социалистической партии Латвии заявил, что «трагедия Аудрини, произошедшая уже 78 лет назад, стоит в одном ряду с белорусской деревней Хатынь, чешской Лидице, французской Орадур.

«Но в отличие от них в Латвии это не вносится в общественную память как жесткий урок, который необходимо усвоить и передать следующим поколениям латвийцев. В Резекне и области эту трагедию помнят. Участники поминания выступают со словами скорби о мученической смерти наших земляков и гневным осуждением их палачей, которыми были такие же местные жители, добровольно ставшие верными пособниками фашистских оккупантов своей Родины», — сказал Фролов.

По его словам, суд в Риге над преступниками Аудрини в 1965 году вынес приговор суровый, но для поколения людей, переживших ужасы фашистской оккупации, понятный и справедливый – расстрелы и длительные сроки тюремного заключения, в том числе заочно.

«Несмотря на то, что возмездие настигло наших же земляков, оно не разделило, а наоборот, сильнее сплотило общество в однозначном осуждении пособничества оккупантам. Сегодня все более заметными становятся попытки выдать вполне естественную и исторически оправданную оценку тех трагических событий за результат советской пропаганды. Даже суд над виновными в аудриньской трагедии, сегодня пытаются представить как нападки советской власти на борца за свободу Латвии, активиста латышской диаспоры в США Майковского. Иных чувств, кроме недоумения и сожаления, такие действия вызвать не могут», — указано в заявлении латвийских социалистов.

Реваншизм как тенденция

Многолетний лидер социалистов Альфред Рубикс заявил, что нельзя прощать убийц, лишивших жизни десятки и сотни людей, даже если это национальные активисты в эмиграции. Как сообщал ранее Sputnik Латвия, Социалистическая партия Латвии протестует против резолюции Европейского парламента, уравнивающей коммунистический и нацистский режимы – в таком случае между строительством каскада ГЭС на Даугаве и убийством жителей деревни Аудрини (геноцидом 72 тысяч евреев Латвии, концлагерем Саласпилс, и так далее) де-факто ставится знак равенства… 34 коммунистических и рабочих партий из 32 стран Европы протестуют против этой резолюции ЕП.

«Нельзя прощать убийц женщин, детей и стариков. Нельзя допускать переписывания истории и обеления преступников. В Латвии президент, не стану называть имя, назвал добрым шагом ассимиляцию русского населения, одобряя насильственный запрет на родной язык в русских школах – так ли это далеко от законов возмездия, которые применялись при нацистской оккупации? Как юрист может одобрять насильственную ассимиляцию – это преступление против значительной части своего же народа, своих граждан. Я не понимаю премьера, говорящего об успехах экономики, когда Латвия за период независимости потеряла уже больше населения, чем потери в годы Второй мировой войны», — заключил Рубикс.

Читать далее: https://lv.sputniknews.ru/Latvia/20200107/13013237/Uzhas-Audrini-ubili-sozhgli-teper-starayutsya-zabyt.html