Сто лет назад – 8 декабря 1919 года – на заседании Народного Совета Латвии был принят закон, гласивший, что «обучение во всех обязательных школах должно осуществляться на языке семьи учащихся».

Отцы-основатели Латвии не сомневались: учиться в школе надо на родном языке. Поэтому статья 40-я принятого сто лет назад Закона об учреждениях образования Латвии гласила: «Языком семьи учащихся признается тот язык, который называют родители детей при записи ребенка в школу и на котором он может свободно излагать свои мысли».

Следующая, 41-я, статья этого закона требовала: «Государственные и коммунальные учреждения содержат для каждой национальности столько обязательных школ, сколько необходимо для образования их детей, исходя из положений настоящего закона».

Рижская городская русская гимназия, 1935 год

Рижская городская русская гимназия, 1935 год

Итак, написано было четко и ясно: дети имеют право учиться на родном языке, государство обязано обеспечить возможность для этого. Мало того. В тот же день Народный совет Латвии принял Закон об устройстве школ национальных меньшинств в Латвии. В нем говорилось, что в школьном департаменте Министерства образования должны быть созданы специальные отделы школ национальных меньшинств. Причем эти отделы занимались не только образованием.

Статья 7-я этого закона гласила: «Начальник отдела школ национальных меньшинств представляет свою национальность во всех вопросах культуры с правом вступления в связи со всеми департаментами Министерства образования, а также участия в заседаниях Кабинета министров с правом совещательного голоса во всех вопросах, касающихся культурной жизни представляемой им национальности».

И много лет именно Русский отдел Министерства образования обеспечивал, к примеру, выделение государственных дотаций Рижскому русскому театру.

Были ли сто лет назад в Народном совете Латвии (органе, исполнявшем роль парламента) споры при принятии этих двух законов? Безусловно, были. Например, социал-демократы упорно, но безуспешно выступали против преподавания в школе такого предмета как Закон Божий. А вот само право нелатышей на свои школы не ставила в то время под сомнение ни одна крупная латвийская партия.

2 декабря 1919 года образовательные законопроекты рассматривали в Народном совете Латвии во втором чтении. Как сообщалось в латвийской прессе, член Народного совета Леопольд Фишман заметил: «Я верю, что на заре свободной Латвии будут заложены начала справедливости и равенства по отношению к интересам и школам национальных меньшинств».

Рижская Александровская гимназия

Рижская Александровская гимназия

А социал-демократ, политик и педагог Карлис Декенс, как сообщалось в печати того времени, напомнил о борьбе латышей в Российской империи за право учиться на родном языке и подчеркнул, что, достигнув своей свободы, латыши не должны проводить политику «задавливания национальных меньшинств».

Между рассмотрением во втором и в третьем чтением «Закона об учреждениях образования Латвии» и «Закона об устройстве школ национальных меньшинств в Латвии» в Латвийской Республике подало в отставку правительство. Однако даже демиссия правительства не помешала быстрому принятию образовательных законопроектов: как уже говорилось, 2-го декабря в Народном совете их рассмотрели во втором чтении, а уже 8-го декабря эти законопроекты стали законами.

О том, какую роль играли эти законы, говорит такой факт: в прессе того времени Закон об устройстве школ национальных меньшинств в Латвии порой даже называли законом об автономии меньшинств. Термин был, конечно, юридически не совсем верный, но весьма красноречивый.

Отметим, что латвийские национальные меньшинства высоко ценили свое право обучаться на родном языке и всячески демонстрировали это. А в десятую годовщину со дня принятия либеральных законов об образовании представители нацменьшинств даже устроили в своих школах праздник.

Ломоносовская женская гимназия в Риге

Ломоносовская женская гимназия в Риге

90 лет назад – день 8 декабря 1929 года – пришелся на воскресенье. Тем лучше, – решили русские латвийцы, – будем праздновать эту дату два дня.

9 декабря 1929 года шел обычный будний день. Однако во всех русских школах Латвии к радости учеников уроки не проводились. Вместо этого в русских общеобразовательных учебных заведениях звучала музыка, проходили утренники, концерты самодеятельных коллективов и литературно-музыкальные вечера. В некоторых школах учителя читали короткие доклады о латвийском законодательстве в сфере образования.

Так же десятилетний юбилей образовательных законов отмечали и в немецких, польских, еврейских школах. Крупнейшая в Латвии русская газета «Сегодня» еще 8-го декабря опубликовала интервью со всеми руководителями национальных отделов Министерства образования.

В Риге в Христорождественском соборе по случая юбилея состоялся молебен, который провел глава Латвийской Православной церкви, архиепископ Иоанн (Поммер), депутат Сейма Латвии. Владыка Иоанн, сам будучи латышом, с большим удовлетворением говорил в своей проповеди о том, что у нелатышей есть право учиться и в основной, и в средней школе на родном языке.

Христорождественский собор в Риге.

Никита Кузьмин
Христорождественский собор в Риге.

Министр образования Эдмундс Зиемелис в полдень, 9 декабря 1929 года, принял руководителей меньшинственных отделов. Они вручили министру приветственное послание. Газета «Сегодня», излагая содержание этого приветствия, писала, что в нем говорилось: «Десятилетний опыт показал, что закон об автономии не отдалил меньшинственную молодежь от идеи государственности, а наоборот, связал ее теснее с этой идеей».

В приветствии говорилось также, что сделав либеральный шаг на поприще культурного развития национальных меньшинств, Латвийская Республика показала пример всем другим народам. Так оценивали нелатыши национальную политику Латвийского государства того времени. И, думается, государство от этого только выигрывало.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.