Понедельник, 04 марта, 2024

Русские Латвии

Как в Латвии староверы сохраняют свои традиции и веру (Карен Маркарян)

Немногие знают, что старообрядцы и их потомки упрочили основу нынешней русскоязычной общины этой балтийской страны. Сегодня мы расскажем вам о них.
 
Когда меня в 2019 году пригласили поехать с группой латвийских староверов в Латгалию (историческую область республики, граничащую с Россией, Белоруссией и Литвой), где до сих пор сохранились церкви служителей Древлеправославия, я, не задумываясь, согласился. Та поездка с участием в богослужениях по старому обряду, как это происходило еще в Древней Руси, вызвала в дальнейшем повышенный журналистский интерес. Спросите, что же такого притягательного в староверах?
 

Поселок Липушки у озера Разнас

 
 Древлеправославные общины – как команды или даже больше, как семьи. Вместе молятся, вместе трудятся, вместе отдыхают, – объясняет рижский предприниматель из староверов Борис Алексеенко. — Церковную службу у староверов всегда организует община. Так происходит и во время поездок в Липушки — знающие друг друга люди ведут службу от начала и до конца, когда уже не первый год все больше детей староверов служат на клиросе (место для певчих в церкви на возвышении по обеим сторонам перед иконостасом. – Прим. авт.).

Сделаю небольшое пояснение по поводу Липушек. Это – поселок городского типа с таким поэтичным названием (прежде – староверческая деревня). Здесь всего-то осталось 250 человек. Поэтому во время поездок в Латгалию рижские староверы обязательно приезжают сюда, чтобы с немногими местными прихожанами провести службу в небольшом деревянном храме, поставленном здесь еще в 1893 году.

 
 
В другое время из краевого города Резекне (Режица – уездный город Витебской области в Российской империи) в Липушки наведывается наставник (общины староверов возглавляются духовными наставниками), чтобы жил храм с намоленными старинными иконами и тремя колоколами, которые не удалось конфисковать немцам во время Второй мировой войны. Во время немецкой оккупации в одну из ночей староверы сняли колокола и спрятали их в самом большом озере Латвии Разнас, у которого и находятся Липушки, как и многие другие бывшие древлеправославные деревеньки.
 
Об этом подвиге во имя веры напоминает скол на краю чаши одного из колоколов, магию звучания которых не передать словами. Перебираешь по очереди руками две веревки, ведущие к языкам колоколов, а следом нажимаешь ногой на деревянную педаль, от которой веревка задействует язык третьего колокола – и часовенка храма наполняется глубинным перезвоном, задевающим все струны души и разносящим по округе чистые звонкие переливы…
 
А в самой моленной пахнет свечами, женщины выстраиваются слева от алтаря, мужчины – справа. Разбирают сшитые цветные подрушники – для земных поклонов. Если спина плохо гнется, можно положить коврик на скамью перед собой… С непривычки – «упражнение» не из простых…

Наша справка

В Латвии более 60 старообрядческих общин, объединяющих 60-65 тысяч староверов, большинство из которых живут в Даугавпилсе и других городах Латгалии и Земгале – исторических областях республики.

Рижская Гребенщиковская старообрядческая община – крупнейшая в мире беспоповская старообрядческая община, принадлежащая к Древлеправославной Поморской церкви.

В Латвии более 70 древлеправославных церквей, часть их не действует, 15 включены в список охраняемых памятников.

Код русского человека

Борис рассказывает, что однажды с приятелями заспорили: где можно найти настоящих русских. И сошлись на том, что русских уж точно можно найти среди староверов. Потому что одним из больших прегрешений у староверов было заключение брака с иноверцами, которыми считались и представители РПЦ, несмотря на откат со временем от никоновских реформ, послабления при Екатерине II и провозглашение в 1800 году единоверия. Так и сохранился код человека русского – древлеправославного.

Напомню, что реформы («новины») патриарха Никона, начавшиеся в России в середине XVII века, коснулись изменений в богослужебных книгах, унификации некоторых обрядов с греческими, отказа от двуперстного крестного знамения. Это «западничество» поддерживалось не только рядом патриархов, но и царем Алексеем Михайловичем, прозванным Тишайшим (вторым из рода Романовых). А всех несогласных предавали анафеме. ому сторонники Древлеправославия ринулись кто куда: на север России, за Урал, в Курляндию… Гонения на староверов с новой силой возобновились в России в петровские времена и затем – в XIX веке.

Бежавших в Курляндию и Семигалию (ныне латвийские края Курземе и Земгале), находившихся под протекторатом Великого княжества Литовского и позже – Речи Посполитой, охотно принимали на землях, опустошенных многочисленными войнами и чумой. Трудолюбивые крестьяне и ремесленники, исповедовавшие Древлеправославие, организовывали моленные дома, при которых были и школы.

Возрождение своей веры с энтузиазмом воспринимали и уцелевшие местные русские, которым доставалось то от лютеран, то от католиков, требовавших беспрекословного вассалитета то от папы римского, то от всех сразу за походы Ивана III Васильевича – Государя и Великого князя всея Руси (1462-1505).

Русофобия пришла вместе с укреплением России

Ивана III называли «собирателем земли русской». Он воевал то с литовцами, то с ливонцами (немецкими рыцарями), то со шведами, то со всеми вместе. И главное – освободил Русь от власти Золотой Орды.

Именно при Иване III, прозванном Великим, был построен Московский Кремль, Успенский собор (главный кафедральный храм государства), принят Судебник (свод законов) и нынешний герб России – двуглавый орел.

Но внука Ивана III – Ивана IV Грозного (правил с 1547 по 1584) не случайно прозвали в Латвии «Briesmīgais» («Ужасный»), так как 24-летняя Ливонская война, начатая в 1558 году русским царем, буквально опустошила земли нынешней Латвии, Эстонии и русский северо-запад.

 
 
В. М. Васнецов.- «Царь Иван Васильевич Грозный»
 

Хотя Ливонский орден был разгромлен буквально за год, владения Ордена отошли под протекторат Литвы, Польши, Швеции и Дании. И вот постепенно эти объединенные силы с паузами на перемирия стали выступать против Русского государства (как же все в истории повторяется!).

А еще в это же время турки ходили на Русь войной, желая захватить Астрахань, во время одного из своих набегов крымский хан сжег Москву. При этом в стране буйствовала опричнина, жестоко расправившаяся по приказу царя с Новгородом, а затем сама испившая ту же чашу…

Поэтому мир с Речью Посполитой и Швецией означал если и не поражение Ивана Грозного в Ливонской войне, то и явно не победу. Овладеть выходами к Балтике не удалось. А вот внешние враги довольно-таки усилились.

Варшава в 1595 году навязала Киевской митрополии Константинопольской православной церкви, находившейся в пределах Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, так называемую Брестскую унию о принятии католичества и перехода под власть римского папы. Так на землях нынешней Украины, Белоруссии и Прибалтики расправились с русским православием. Политические и торговые отношения с Москвой практически были прекращены.

В ходе польско-шведских войн в первой половине XVII века Лифляндия, Эстляндия и Рига перешли под власть Швеции, Латгалия осталась за Польшей, а курляндский герцог стал вассалом польского короля.

Шведы оказались еще большими русофобами, чем поляки: они стали уничтожать русские церкви и купеческие дворы в Риге и в других городах, отрезав еще и все связи с русскими поселениями в Курляндии и Латгалии.

Цель и поляков, и шведов состояла в том, чтобы искоренить само напоминание о православии и русских в этих местах, чтобы не дать повода Московскому государю идти воевать свои прежние земли.

История семьи – история страны

— Исследованием Древлеправославия в Балтии я занялся, когда у меня проснулся интерес к истории своей семьи, – рассказывает Борис Алексеенко. – Определило это то, что все сестры и братья нашей большой старообрядческой семьи (а их было 12) в результате послевоенной коллективизации остались голы и босы (дед отдал все в колхоз, назначил своего брата председателем, отписав дом старшему сыну). Но, уехав из родных мест, которые южнее Даугавпилса (второго по величине города Латвии. – Прим. авт.), в Ригу на заработки, все успешно состоялись.

У всех сложились крепкие семьи, все вели благообразный образ жизни, никогда особенно не жаловались на коллективизацию, а наоборот – жили интересно и весело. У меня возник вопрос: что же нас воспитало такими?

Изучая историю своего рода, я столкнулся с тем, что Чепеловы (семья по матери) фактически не имеет никакой связи с Россией. Копнув поглубже, выяснил, что в Зарасае (городок у литовско-латвийской границы) служил наставником один из моих прадедов. У рода Чепеловых было свое семейное кладбище, а у братьев – большие хозяйства по сотне гектаров. У родственников, живших на литовской стороне, еще больше…

 
С 2014 по 2019 год Борис провел четыре экспедиции, в том числе в сам Зарасай, где встречался с исследователями староверия, посещал хутора и заброшенные деревеньки, и вместе с Братством молодых староверов задался вопросом: какие же моленные дома были первыми?

Обнаружилось, что и Чепеловы, и другие семьи староверов жили здесь не один век, еще до раскола Русской православной церкви.

 
Борис встречался с историками из Даугавпилса, из Литовского университета, штудировал архивы Латвийской национальной библиотеки. Ему попалась в руки книга летописца Василия Золотова «Алфавит духовный», написанная в 1820-1850-е гг. в Санкт-Петербурге, в деревеньке Дегути (ныне деревня Дегучяй Зарасайского района Литвы) и Гатчине. «Алфавит духовный» – по сути краткая энциклопедия истории беспоповского староверия в европейской части Российской империи с начала раскола Русской церкви до февраля 1859 года.

А еще Борис прочитал «Хронограф Литовский» – самое крупное и важное произведение Золотова, прожившего в Дегути 12 лет до начавшихся там царских репрессий против староверов.

Между тем, в архивах Пушкинского музея в Санкт-Петербурге были найдены списки Василия Золотова, один из которых находится в Рижской Гребенщиковской общине. В них Золотов описал, каким образом происходило становление староверия в Курляндии.

 
Крупнейшая в мире беспоповская старообрядческая община, принадлежащая к Древлеправославной Поморской церкви, находится в Риге.
 

В местечке Лигинишки (ныне микрорайон Даугавпилса) в 1660 году была организована первая моленная. В ней служил один из первых староверческих пастырей, иерей дораскольного рукоположения Терентий. А потом его преемник, сын Афанасий, перебрался в местечко Балтруки, где он сам и его последователи служили весь следующий век.

Балтруки являлось тогда центром староверия. В течение нескольких десятилетий в округе появилось 15 моленных домов, о которых пишет Золотов.

Русские в Балтии – не пришлые

Нетрудно понять, что подобное быстрое распространение Древлеправославия невозможно было бы на чужих землях. По разным источникам, в этом краю, кроме переселявшихся сюда староверов и экономических беженцев, как сказали бы сейчас, жили так называемые западные русские (предки белорусов), помогавшие своим соплеменникам – представителям древнего благочестия – обустроиться в новых для них местах. Они перенимали и идеологию староверов.

В результате картографических исследований, встреч со старожилами, с документальными подтверждениями местных муниципалитетов в Илукстском районе, что северо-западнее Даугавпилса, в глухом лесу Борисом Алексеенко и членами его семьи были найдены остатки скита Балтруки, который фактически был центром Древлеправославия в Курляндии в XVIII веке. Монашеский скит или поселение староверов объединяло русских людей, которые исторически здесь жили, а также тех, кто пришли после раскола.

Федор Саманский – первый наставник, избранный в Рижском Гребенщиковском храме в 1760 году, бывал и в Балтруках, где вместе с наставниками, жившими там, окормлял или открывал храмы в других селениях.

Главным итогом исследования можно считать то, что в Курляндии, на территории нынешней Латвии, был центр Древлеправославия XVIII века, который мог сформироваться лишь исходя из того, что исторически на этой территории жили также люди православной веры. И центр играл важную роль в сохранении Древлеправославия и распространения его по всей Балтии, делает вывод наш собеседник.

— История литовского Древлеправославия также связана с местечком Балтруки, – продолжает исследователь, написавший о своих экспедициях небольшую брошюру. – Возможно, это было связано с переселением староверов на литовские земли после присоединения Курляндии к России.

Поселение Балтруки было практически снесено в 1960-е, когда здесь строился нефтепровод (северная часть нефтепровода «Дружба», открытого в 1969 году. – Прим. авт.). Остался только один дом, который никак не похож на другие, что стоят в окрестностях. Там, в лесу, мощенная булыжником территория перед домом занимает примерно 300 кв. м! Сам дом отапливался из подвала, в нем до сих пор остались внутри каменные ступени. Те, кто в нем жил (еще детьми) рассказывают, что там стоял староверческий крест, и проходили службы.

В этом здании поселения Балтруки когда-то располагалась молельня местных староверов.
 

Разве люди, которые сюда приехали, могли бы сформировать фактически в союзе с властями свою церковь и все легализовать? Думаю, что это могли сделать лишь те, кто исконно здесь жил. Все мои исследования полностью совпадают с тем, как трактовалась история Древлеправославия учеными в Первой Латвийской республике до 1940 года. Они всегда делили русских на тех, кто здесь жил и в немецкие, и в шведские времена, и на тех, кто переселялся потом, в петровскую эпоху и позже.

При шведском владычестве русские остались без церковного окормления и молились дома, как пишет и латвийский учитель из староверов, краевед и общественный деятель 1930-х Анисим Волович. Так что переселение раскольников сюда с их неизменными устоями, стремлением строить свои церкви нашло большую поддержку у местных русских, которых Древлеправославие объединило со староверами.

Непросто быть в Латвии русским

Сейчас все образование в Латвии, включая дошкольное, переводится на государственный латышский язык, не говоря уже о высшем образовании, где русский язык был исключен еще в середине 1990-х годов. Оставались, правда, несколько частных школ и вузов, но и им указали, что на русском преподавать негоже. На английском или других языках ЕС – пожалуйста.

Так что основополагающего права человека – обучения на родном языке – теперь лишены дети 40 процентов жителей Латвии, которые считают русский родным.

— Как мне быть, как русскому человеку, родившемуся и живущему в Латвии, где жили и мои предки? У меня другой родины нет, – замечает Борис. – Но я хочу, чтобы и я, и мои дети сохранили свои традиции.

Добавлю к словам собеседника, что староверы всегда оставались русскими, сохраняя свой культурный код. Но их, как и всех русских людей, сейчас пытаются искусственно ассимилировать и маргинализировать, что отчасти уже происходит.

Факты истории

Первая русская школа в Риге была открыта в 1789 году по указу Императрицы Екатерины II.

Даже во время фашистской оккупации Латвии во Вторую мировую войну русские школы в Риге и других городах не закрывали.

Однако староверам в какой-то мере удается еще держаться, так как в большинстве своем они живут праведной жизнью, поддерживают друг друга, занимаются подрастающим поколением в своих воскресных школах и кружках, в летних лагерях, в поездках по стране и службах в храмах. Совместно работают и отдыхают. Парни и девчонки, кроме русских народных песен, могут спеть под гитару, например, песни Виктора Цоя и «Машины времени» из 1980-х…

 
 
— Ты в себе должен воспитывать культуру жизни и духовный код, который необходимо сохранять. Надо признать, что русское образование в Латвии потеряно, и исходить из новых реалий, – говорит Борис. – Поэтому главная роль сохранения своей идентичности ложится на семьи, родителей, на русские общины. Староверы имеют богатый опыт совместного проживания с латышами и другими народами, сохраняя свои традиции и уважительно относясь к их культуре.
 
 
От себя добавлю: чтобы выжить, русским следует потеснее сплотиться, как тем же староверам, найти, прежде всего, в вере основу для духовной жизни. Вместе организовывать и бизнес. Староверы, например, всегда отличались предприимчивостью: при том, что в Российской империи староверов было 2-3 процента, они контролировали многие сферы бизнеса и обладали большими капиталами.

Сам Борис, в частности, помогает молодым староверам, выпускникам школ, овладеть практическими навыками, которые дорогого стоят. Он приобрел оборудование и полный цикл программного обеспечения, чтобы научить вчерашних школьников фрезерованию. Это – востребованная и хорошо организованная специальность.

— Но, конечно, никакими технологиями не заменить добрые отношения между людьми, которые всегда умели поддерживать староверы, живя в мире и согласии с местными жителями. Это – основа и для будущего, – завершает наш разговор Борис Алексеенко.

Фото автора, из личного архива Бориса Алексеенко и из открытых источников.

https://www.zemljaki.eu/post/kak-v-latvii-starovery-sohranyayut-svoi-tradicii-i-veru?fbclid=IwAR3rUc0sYpf_sK3w_XQlX9vvWftANpLpm2wg1AKSkvERQerqNnF0Xqhloq8