АНАЛИТИКА

Круглый стол «От Москвы до Брюсселя: Латвия, Литва и Эстония на пути в ЕС и НАТО»

27 января в МГИМО при участии Фонда «Историческая память» состоялся Круглый стол «От Москвы до Брюсселя: Латвия, Литва и Эстония на пути в ЕС и НАТО».

Владимир Симиндей, главный редактор «Журнала российских и восточноевропейских исторических исследований»

Виктор Гущин,

Балтийский центр исторических и социально-политических исследований

 

К вопросу о причинах формирования и содержании национальной политики Латвийской Республики в 1991-2021 гг.

Уважаемые участники конференции!

В ХХ веке Латвийская Республика дважды вступала на путь строительства недемократического государства. Первый раз — после государственного переворота 15 мая 1934 года, второй раз — после 4 мая 1990 г., когда основой развития Второй Латвийской Республики стали отказ от соблюдения норм международного права, ликвидация всеобщего избирательного права, возрождение политики строительства «Латвии для латышей» и насильственная ассимиляция национальных меньшинств, обеление и политическая и историко-культурная реабилитация нацизма и нацистского коллаборационизма.

Такую направленность формирования Латвийского государства после 4 мая 1990 г. определила западная латышская эмиграция, радикальную часть которой составляли бывшие деятели довоенного авторитарного и этнократического режима Карлиса Ульманиса (1934-1940) и нацистские коллаборационисты периода немецко-фашистской оккупации Латвии (1941-1945).

Именно с подачи западной латышской эмиграции в основу Декларации о восстановлении независимости Латвии, принятой 4 мая 1990 года, легли два реваншистских тезиса — о якобы оккупации Латвии с 1940 по 1990 год, т.е. в течение 50 лет, а также о якобы сохраняющейся правовой непрерывности существования Латвийской Республики с 1920 года по 1990 год.

Важно подчеркнуть, что в 1940 году и первой половине 1941 года мировое сообщество перемены в Латвии не рассматривало как оккупацию. Впервые тезис об оккупации Латвии Советским Союзом в 1940 году стала распространять нацистская пропаганда после начала немецко-фашистской оккупации Латвийской ССР в июне 1941 года.

После окончания Второй мировой войны тезис об «оккупации» республик Прибалтики был взят на вооружение так называемым «коллективным Западом» для борьбы против СССР. Было принято огромное количество разных по количеству подписантов политических заявлений о якобы совершенной СССР в 1940 году оккупации прибалтийских государств. Одновременно стало утверждаться, что эта «оккупация» якобы стала возможна после заключения СССР и Германии 23 августа 1939 года договора о ненападении.

Иными словами, после 1945 года «коллективный Запад» в борьбе против СССР стал активно использовать пропаганду гитлеровской Германии и одновременно демонизировать так называемй «пакт Молотова-Риббентропа», перекладывая ответственность за развязывание Второй мировой войны со стран Запада, которые всячески поощряли движение Гитлера на восток, против СССР, на нацистскую Германию и СССР.

Верховный Совет, принявший 4 мая 1990 года Декларацию о восстановлении независимости Латвийской Республики, в которой говорится о якобы 50-летней оккупации Латвии и о якобы сохраняющейся правовой непрерывности существования Латвийской Республики с 1920 года по 1990 год, опирался именно на эти политические, антисоветские, заявления, сделанные в США и Европе после Второй мировой войны.

При этом важно иметь ввиду, что на уровне международного права оба этих тезиса не были признаны в 1990 году и не признаны до настоящего времени. Авторы Декларации о независимости не могли этого не знать.

С обретением независимости Латвийской Республики в 1991 году в политическом развитии нового государства, при политической поддержке «коллективного Запада», очень быстро укрепились две основные тенденции.

Первая — на возобновление прерванного в 1940 году курса на строительство так называемой «латышской Латвии», или «Латвии для латышей», т.е на строительство недемократического государства.

В ходе этого строительства планировалось полностью отстранить национальные меньшинства, а это 37 процентов от всего населения, от политического управления страной, ограничить, а затем и полностью ликвидировать сформировавшуюся за последние триста лет систему воспроизводства на территории Латвии русского языка и местной русской культуры. Также планировалось вытеснить русскоязычное население на обочину экономической жизни, создав одновременно условия для быстрого формирования значительной по численности латышской национальной буржуазии.

Вторая линия политического развития нового Латвийского государства была связана с пересмотром итогов Второй мировой войны и политикой обеления и историко-культурной реабилитацией латышского нацистского коллаборационизма, включая историю создания и боевой деятельности Латышского добровольческого легиона Ваффен СС.

Для правового закрепления этих тенденций политического развития страны был принят ряд политических деклараций и законов.

Уже 15 октября 1991 года Верховный Совет принял постановление «О восстановлении прав граждан и основных условиях натурализации», по которому 893 тыс. чел. из населения в 2 666 000, фактически одна треть всех жителей, были лишены права автоматически, т.е. на условиях международно признанного права оптации, получить гражданство Латвийской Республики.

Принятие этого постановления создало правовые условия для ликвидации в Латвии всеобщего избирательного права и, как следствие этого, для отстранения национальных меньшинств от политического управления страной. После 1991 года ни одни выборы, которые проводились в Латвии, больше не были всеобщими.

В свою очередь, это привело к тому, что с 1991 года и до настоящего времени интересы национальных меньшинств латышская политическая элита никак не учитывает.

22 августа 1996 г. Сейм Латвии принял Декларацию об оккупации Латвии. Как и Декларация о восстановлении независимости Латвийской Республики, Декларация об оккупации Латвии основана на ревизии действующего международного права.

29 октября 1998 года Сейм Латвии принял Декларацию «О латышских легионерах во Второй мировой войне». Эта Декларация, вопреки решениям Нюрнбергского военного трибунала над нацистскими военными преступниками, заложила в Латвии правовую основу пересмотра итогов Второй мировой войны и политической и историко-культурной реабилитации Латышского добровольческого легиона Ваффен СС.

 Закон об образовании. Принятый в 1998 г. Закон об образовании предусматривал, что с 1 сентября 2004 г. обучение в 10-х классах всех средних школ будет проводиться только на латышском языке.

В период с 1998 по 2004 гг. первая попытка ликвидировать существующую в Латвии с 1789 года, т.е. исторически традиционную, систему школ с обучением на русском языке была остановлена массовыми акциями протеста русскоязычного населения, проводимыми под руководством Штаба защиты русских школы и партии За права человека в единой Латвии (ныне партия Русский союз Латвии). Однако к 1 сентября 2021 г. школы с обучением на языках национальных меньшинств были все же ликвидированы.

Закон о языке. 9 декабря 1999 года был принят новый закон о языке, по которому русскому языку был придан статус иностранного, несмотря на то, что в то время он являлся родным или был средством постоянной коммуникации для более чем 40 процентов населения.

Преамбула к Конституции. 19 июня 2014 г. Сейм Латвийской Республики принял в третьем, окончательном, чтении преамбулу к Конституции Латвии, которая закрепила превосходство латышской нации над представителями других наций, проживающими в Латвии.

Таким образом, можно утверждать, что в политико-правовом развитии Латвийского государства после 4 мая 1990 г. определяющими стали тенденции националистического реваншизма и неонацизма.

Как в Европе оценивают уровень развития демократии в Латвии после 1991 года?

8 ноября 2002 года Парламентская Ассамблея Совета Европы (ПАСЕ), оценивая прошедшие в Латвии выборы 6-го сейма, сделала вывод, что из-за сохранения массового безгражданства в стране сформировался долговременный дефицит демократии1. К такому же выводу пришла и Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), давая оценку состоявшимся в октябре 2006 года выборам в 7-й сейм2.

С 2011 г. политическое развитие страны определяет «Национальное объединение» – союз крайне правых политических партий «Всё для Латвии!» и «Отечеству и Свободе / Движение за национальную независимость Латвии» (ТБ/ДННЛ).

Политолог Нил Муйжниекс, латвийский министр общественной интеграции, в 2012-2018 гг. – комиссар Совета Европы по правам человека, в 2005 г. оценил «Всё для Латвии!» как расистскую организацию3.

В свою очередь, французский политолог Жан-Ив Камю на панельной дискуссии высокого уровня, организованной Европейской комиссией по борьбе с расизмом и нетерпимостью (European Commission against Racism and Intolerance, ECRI) в 2005 году, представил доклад, в котором охарактеризовал партию ТБ/ДННЛ как находящуюся «на границе между консервативными правыми и крайне правыми» и как «ультранационалистическую партию, в некоторых отношениях сравнимую с крайне правыми»4.

Вывод

Следует признать, что национальная политика режима этнократии в Латвии после 1991 года носит намного более радикальный характер, чем в период до 1940 года.

Одновременно Латвийское государство проводит курс на политическую и историко-культурную реабилитацию нацизма и нацистского коллаборационизма.

После принятия Латвии в НАТО в 2004 г. Латвийское государство фактически утратило свой политический суверенитет, оказавшись под тотальным контролем со стороны США и блока НАТО. На сегодняшний день эта зависимость является более сильной, нежели зависимость от ЕС, куда Латвия вступила в 2005 г. Из этого можно сделать вывод, что демократизация политического режима в стране сегодня невозможна без отказа от поддержки режима этнократии в Латвии со стороны США и НАТО, однако последние в своих планах рассматривают территорию Латвии как плацдарм для возможного военного нападения на Россию, отказываться от этих планов не собираются и поэтому закрывают глаза на нарушения прав национальных меньшинств в Латвийской Республике.

 

Примечания:

1 Parliamentary Assembly. Report of the Ad Hoc Committee for the Observation of the Parliamentary Elections in Latvia (5 October 2002). Doc. 9621 Addendum III (revised, English only). 8 November 2002.

2 Доклад ОБСЕ по Латвии 2006 года, в резюме которого отмечается дефицит демократии из-за массового езгражданстваhttps://www.osce.org/files/f/documents/c/3/23955.pdf

3 Muižnieks N.Latvia.In: Racist extremism in Central and Eastern Europe. Ed. C. Mudde. Routledge, 2005.

4 The use of racist, antisemitic and xenophobic elements in political discourseHigh-level panel meeting on the occasion of the International Day for the Elimination of Racial Discrimination. Paris, 21 March 2005. ECRI: 2005. — p. 6, p. 30.