Права человека

СУЩЕСТВУЮТ ЛИ «ПРАВА ЧЕЛОВЕКА» ДЛЯ РУССКИХ ЖУРНАЛИСТОВ? ДЕЙСТВИЯ ЛАТВИЙСКИХ СПЕЦСЛУЖБ ЗАСТАВЛЯЮТ УСОМНИТЬСЯ

24 марта – Международный день права на установление истины в отношении грубых нарушений прав человека и достоинства жертв. ООН отмечает этот день в память о застреленном в 1980 году архиепископе Сан-Сальвадора Оскаре Арнульфо РомероРезонансное убийство, совершенное с очень большой долей вероятности членами антикоммунистической ультраправой организации – так называемого «эскадрона смерти», так и не было расследовано до конца по политическим причинам.

Сегодня о правах человека много говорят и пишут, понятие «нарушение прав человека» используется как для международного давления, так иногда и для прямого вмешательства одних государств в дела других. При этом атмосфера, при которой возможно нарушение прав или наоборот — успешная борьба за их обретение или восстановление — в значительной мере зависит от журналистов, их материалов, появляющихся в средствах массовой информации.

Наш собеседник – журналист Андрей ЯКОВЛЕВ, находящийся под подозрением в совершении уголовного преступления, а именно — нарушении международных санкций, с обвинениями в свой адрес категорически не согласен. Он убеждён, что его права нарушены. С ним мы беседуем о роли СМИ, журналистов, а также методах обработки общественного мнения для реализации тех или иных политических задач.

– Даты, которые мир отмечает в связи с правами человека, напоминают, как правило, о крайних, кричащих случаях. Против меня, моих товарищей, наших семей испробован другой набор — попытка унизить, нанести репутационный урон, причинить страдания близким. Грубо ли были нарушены мои права? Если «негрубым» нарушением со стороны государства считать несвоевременный ответ чиновника на твоё письмо, то обыск дома и в офисе с изъятием рабочих компьютеров и всех архивов, безусловно, да. Если сотрудники СГБ вели себя внешне корректно и никто прикладом не бил, это вовсе не значит, что преследования по надуманному предлогу можно отнести к категории демократических ценностей европейского розлива (об уголовных процессах против А.Яковлева и его коллег-журналистов достаточно подробно рассказывалось в СМИ — ред.).

– Вы считаете, что Ваши права были нарушены. Как реагировали на это латвийские СМИ, коллеги-журналисты?

– Никак. Сообщая об обысках, они воспользовались информацией агентства LETA, в основном пересказавшей пресс-релиз СГБ. Моим мнением и мнением моих коллег, также подвергшихся преследованиям, нашими оценками происходящего интересовались в основном российские СМИ.

В Латвии кому-то это безразлично, кто-то не решается высказаться, чтобы не нажить себе проблем со спецслужбами. Многим латышским журналистам — особенно молодого поколения — кажется, что именно так и нужно. Ведь они выросли в атмосфере, которая, по моим оценкам, формируется уже лет 25. Последние лет семь это вообще игра в одни ворота — про «агрессивную Россию», «кремлёвскую пропаганду», «агентов Путина», «российских шпионов» и т.д. Так что соответствующий фон для репрессий в отношении авторов, сотрудничающих с российскими СМИ, если они, конечно, не оппозиционные «путинскому режиму», создан.

Кстати, недавно обнаружил, что в латышской википедии существует специальная статья “Krievijas propaganda” – «Российская пропаганда». Других подобных не нашёл — нет американской, британской, даже китайской пропаганды! И, конечно, нет «латвийской пропаганды». Заточенность против восточного соседа очевидна.

– Вы считаете, что люди сами не способны разобраться в информации и понять, где правда и где ложь?

– Подавляющему большинству людей не до того, чтобы разбираться в деталях. Они слышат некий фон. Совершенно не обязательно врать напропалую для того, чтобы формировать общественное мнение в нужном направлении.

Как-то мне попалась цифра: 43 % аудитории американского телеканала FOX NEWS были уверены, что у Саддама Хусейна есть химическое оружие. Это значит, что в общественном сознании был сформирован стереотип, в соответствии с которым война против Ирака, нападение на суверенную страну может быть оправдано.

При этом ведь нигде напрямую не говорилось, что в Ираке найдено химоружие. Говорилось о том, что «американские специалисты ищут химоружие», «Ирак оправдывается», «эксперты полагают, что…» и так далее. Не говоря уже о знаменитой пробирке с белым порошком, которой потрясал в ООН тогдашний глава Госдепа Колин Пауэл.

В итоге — страна была разрушена. Пострадали, были убиты сотни тысяч мирных жителей. Никто за эти преступления пока не понёс ни политической, ни материальной ответственности. В том числе — СМИ и журналисты, которые фактически были соучастниками всего этого. Они и сегодня несут «правдивую, объективную, независимую» информацию.

– Ваша работа в качестве собственного корреспондента ВГТРК в Латвии продолжалась около 10 лет. Сталкивались ли Вы с ограничениями свободы слова в Латвии, насколько жёсткие рекомендации Вы получали из Москвы о том, что и как снимать?

– В 1990-е годы мне никто не мешал работать в странах аккредитации — ни в Латвии, ни в Литве или Эстонии, куда доводилось ездить в командировки. Я предлагал сам темы, снимал сюжеты для программы «Вести» так, как считал нужным. Моя картинка, мой текст, моя интонация — мы же знаем, что отношение к событию можно формировать не только при помощи монтажа, эпитетов, но даже того, как ты произносишь текст, где расставляешь акценты. Конечно, как и все журналисты, я получал редакционные задания, это закон профессии.

– На днях на портале JAUNS.LV опубликован материал под многообещающим заголовком: «Некий случай с Навальным в Германии заставляет спросить — могут ли кремлёвские журналисты в Латвии быть использованы в качестве шпионов?». Автор материала обратился за комментарием и к Вам.

– Мои слова там не искажены. Но сам материал, и вообще — постановку вопроса в таком стиле – я рассматриваю как дальнейшее нагнетание атмосферы ненависти как в отношении России, так и в отношении журналистов, сотрудничающих с российскими СМИ. Я уже не говорю, что там несколько фактологических ошибок и ничем не подтверждённых «хайли лайкли» допущений, на которые добросовестный автор, считающий себя журналистом, не имеет права.

Материал JAUNS.LV, построенный на истории с фотографом RT Deutsch, которого послали с редакционным заданием в клинику «Шарите», просто тиражирует обвинительную, на мой взгляд — надуманную, версию в отношении RT. А нас до кучи подверстали, чтобы связать с этой якобы шпионской историей. Редакция намерена развивать тему, обращаться к экспертам.

Прочитав материал, я позвонил автору, спросил, считает он себя пропагандистом или журналистом, и поскольку он назвался последним, предложил ему сделать со мной честное объёмное интервью. Он обещал согласовать это с руководством редакции. Ждём-с…

– Возвращаясь к сегодняшней дате: считаете ли Вы, что право на установление истины относится и к нарушениям прав журналистов, которые совершаются со стороны государства в лице спецслужб?

– Безусловно. Журналист — одна из самых опасных в мире профессий. Можно сказать, что к нашей «тихой Латвии» это не относится. Но у меня, например, есть основания полагать, что спецслужбы по идеологическим соображениям занимаются фальсификацией доказательств вины в отношении тех, против кого открыты дела. И если это так, то в конце концов за такое придётся отвечать.

Полагаю, что общество должно иметь право на установление истины и за унижение людей, нарушение их прав под выдуманными предлогами. Не вижу пока предпосылок к этому в условиях искусственного нагнетания напряжённости. Но опускать руки ни я, ни мои преследуемые коллеги не собираемся.

– Спасибо за беседу.

Беседовала Алёна КОНИВЕЦ.

На фото: Андрей Яковлев с дипломом фестиваля “Евразия.doc” за документальный фильм “Возвращение Чёрного Карлиса”. Минск, 2018 г.

СУЩЕСТВУЮТ ЛИ «ПРАВА ЧЕЛОВЕКА» ДЛЯ РУССКИХ ЖУРНАЛИСТОВ? ДЕЙСТВИЯ ЛАТВИЙСКИХ СПЕЦСЛУЖБ ЗАСТАВЛЯЮТ УСОМНИТЬСЯ